Array
(
    [SEF_MODE] => Y
    [SEF_FOLDER] => /blogs/
    [VARIABLES] => Array
        (
            [blog] => goncharov
            [post_id] => 51
        )

    [ALIASES] => Array
        (
        )

    [SET_TITLE] => N
    [PATH_TO_SMILE] => /bitrix/images/blog/smile/
    [CACHE_TYPE] => N
    [CACHE_TIME] => 600
    [CACHE_TIME_LONG] => 604800
    [SET_NAV_CHAIN] => N
    [MESSAGE_COUNT] => 20
    [BLOG_COUNT] => 20
    [COMMENTS_COUNT] => 25
    [BLOG_COUNT_MAIN] => 6
    [MESSAGE_COUNT_MAIN] => 10
    [MESSAGE_LENGTH] => 100
    [DATE_TIME_FORMAT] => d.m.Y H:i:s
    [PERIOD_DAYS] => 1000
    [NAV_TEMPLATE] => .default
    [PATH_TO_INDEX] => /blogs/index.php
    [PATH_TO_GROUP] => /blogs/group/#group_id#.php
    [PATH_TO_BLOG] => /blogs/#blog#/
    [PATH_TO_USER] => /blogs/user/#user_id#.php
    [PATH_TO_USER_FRIENDS] => /blogs/friends/#user_id#.php
    [PATH_TO_RSS_ALL] => /blogs/rss/#type#/#group_id#
    [PATH_TO_SEARCH] => /blogs/search.php
    [PATH_TO_USER_SETTINGS] => /blogs/#blog#/user_settings.php
    [PATH_TO_USER_SETTINGS_EDIT] => /blogs/#blog#/user_settings_edit.php?id=#user_id#
    [PATH_TO_GROUP_EDIT] => /blogs/#blog#/group_edit.php
    [PATH_TO_BLOG_EDIT] => /blogs/#blog#/blog_edit.php
    [PATH_TO_CATEGORY_EDIT] => /blogs/#blog#/category_edit.php
    [PATH_TO_POST_EDIT] => /blogs/#blog#/post_edit.php?id=#post_id#
    [PATH_TO_DRAFT] => /blogs/#blog#/draft.php
    [PATH_TO_TRACKBACK] => /blog/index.php?blog=#blog#&id=#post_id#&page=trackback
    [PATH_TO_MODERATION] => /blogs/#blog#/moderation.php
    [PATH_TO_POST] => /blogs/#blog#/#post_id#.php
    [PATH_TO_POST_RSS] => /blogs/#blog#/rss/#type#/#post_id#
    [PATH_TO_RSS] => /blogs/#blog#/rss/#type#
    [PATH_TO_HISTORY] => /blogs/history.php
    [PATH_TO_METAWEBLOG] => /blogs/metaweblog.php
    [PATH_TO_USER_EDIT] => /blogs/user/#user_id#.php?mode=edit
    [PATH_TO_BLOG_CATEGORY] => /blogs/#blog#/?category=#category_id#
    [PATH_TO_BLOG_INDEX] => /blogs/
    [PATH_TO_NEW_BLOG] => /blogs/new/blog_edit.php
)

Одна из причин неэффективности российской экономики

В изложении своего видения проблемы я пойду от частного к общему. И начну с неутешительного резюме: в России нет квалифицированных экспертов по сертификации систем качества. Когда я говорю слово «нет», это вовсе не означает констатацию абсолютной истины. Гипербола символизирует правило. Но не бывает правил без исключений.
Однако я не хочу, чтобы мои слова воспринимались как обвинение конкретных людей в их неспособности к эффективной профессиональной деятельности. Все наоборот. У России есть, на мой взгляд, то, чего нет ни у какого другого народа мира – талант не отдельных людей, а талант нации. Талант, я бы сказал, людей от сохи. Талант, сложившийся как результат долгой и упорной работы Истории. Сколько я встречал в жизни людей, часто в глубинке, чьи лица внешне непривлекательны, они как бы грубо вырублены топором, но стоит пообщаться с ними, и понимаешь, что они прекрасны, но красотой не внешней – их красота в искрометности и образности языка, смышлености, неординарности оценок, индивидуальности парадигмы, неудержимого стремления к творчеству.      Это прекрасно понимают западные дельцы. Не случайно в интеллектуальной элите  зарубежной  цивилизации россияне занимают едва ли не ведущее место.
Признаки таланта надо пестовать. Немного внимания – и признаки оживают, талант расцветает. Но можно и наоборот, т.е.  сделать так, что  это бесценное свойство, потенциально способное обогатить страну и поставить ее вне конкуренции, погибнет под натиском воинствующей недалекости и необразованности тех, кто в несметном количестве окружает  хрупкие таланты и определяет, к сожалению, их судьбы.
Квалификация специалистов – результат работы системы управления, и наши эксперты –  ее дитя,  плод нашей экономики. Провалы надо искать в системе государственного управления. И если двигаться в этом направлении, можно сформулировать несколько полезных рекомендаций.
Во-первых, надо повысить качество специальной подготовки экспертов по сертификации. Главный недостаток здесь заключается в том, что мы пошли по пути создания корпоративных образовательных систем: в системе ГОСТ Р работают свои учебные центры, в системе «Военный Регистр» организованы свои, в системе Газпрома свои и т.д. Эти системы не признают результаты обучения друг друга. Если Вы хотите стать экспертом какой-то конкретной системы, то обязаны проучиться именно в этой системе. Обучение в Кембридже или Сорбонне, Франции или Германии не признается – там учить не умеют. Таким образом, образовательная деятельность по сертификации в России монополизирована. Такой   порядок не способствует формированию специалистов адекватной квалификации.
Во-вторых, надо развязать учебные центры и органы по сертификации и освободить предприятия от диктата органов по сертификации, предписывающих  учиться в центрах корпоративной системы, а то и в конкретном учебном заведении. Пропагандируя стандарты ИСО и право выбора поставщика, мы лишили этого права своих потенциальных клиентов и своих работников. Такая практика ведет к снижению результативности обучения и финансовой зависимости органа по сертификации от предприятий, нуждающихся в сертификационной услуге. Наша изворотливая мысль юридически разделила учебные и сертифицирующие структуры, но фактически все построено так, что сами органы по сертификации учат, сами разрабатывают документы, а потом сами сертифицируют результаты собственного творчества. Иными словами, мы имеем дело с завуалированным нарушением условий  аккредитации органов по сертификации, продиктованных ГОСТ Р ИСО/МЭК 62. И дело не только в том, что мы самовольно и безнаказанно сняли с себя запрет на совмещение сертификации и услуг, явно влияющих на конфиденциальность, беспристрастность и объективность работы экспертов. В этих учебных центрах преподают те же эксперты, качество работы которых мы ставим под сомнение.
В-третьих, надо серьезно изменить подходы к организации разработки образовательного процесса. Рассмотрим этот вопрос подробнее, т.к. он ранее не обсуждался в печати или выступлениях экспертов.
Как-то я посетил по приглашению руководства и не без моего желания российское отделение ТЮФ Рейнланд – ТЮФ Русь. Беседа шла о моем участии в семинарах ТЮФ Академии. Меня попросили написать программы авторских семинаров. Я написал несколько, на мой взгляд, достаточно востребованных.
- Но Ваши программы ничем не отличаются от наших – заметили мне.
- Правильно, они и не могут отличаться, дело не в программе, а в исполнении.
Я почувствовал, что меня не понимают,  и попытался объясниться:
- У меня, например, совершенно иная техника внутреннего аудита, более результативная, чем повсеместно распространенная.
- Ну что там может быть иного? Внутренний аудит,  он и есть внутренний аудит, – возразили мне.
Я понял, что мои собеседники, хотя и пригласили меня на встречу, но о моих взглядах и разработках, изложенных в многочисленных публикациях, не имеют ни малейшего представления. Тогда я  попытался пробудить в них ассоциативное мышление.
- Представьте себе, - сказал я, - что Вы хотите исполнить вальс Шопена. Вы берете ноты – это программа, она едина для всех. Но при одинаковости программы у Вас есть свое, индивидуальное прочтение. И тогда ясно, что Вы исполните не Шопена как такового, а Шопена в своем понимании. Именно это исполнение и отличает Вас от других и может быть особо привлекательным для слушателя.
Многим может показаться подобное объяснение неубедительным. Тогда скажу иначе. Будучи студентом МВТУ, я исправно ходил на все лекции. Но среди них были лекции, на которые я не шел, а бежал. Если выразиться точнее, то не я бежал, а мы бежали. Мы – это мои приятели и какие-то незнакомые мне люди из числа преподавателей, студентов других курсов.
Мы  ждали эти лекции как праздника. Я млел от  искрящихся глаз, легкой улыбки,  излучения, исходившего от Всеволода Ивановича Феодосьева, восторгался романтизмом озвучивания им технических истин. Меня подкупал шоферский облик и непреложность логики Константина Сергеевича Колесникова. Я и сейчас вижу поднятую над доской трепетную, не побоюсь этого слова, руку с мелом Николая Федоровича Краснова, как будто проигрывающую в воздухе прелюдию перед написанием математического знака градиента.   Заметьте, все эти мастера вычитывали одну и ту же программу. Но каждый из них был индивидуален, каждый из них был по-своему интересен своим восприятием дисциплины, своей личной парадигмой.
Ну, что об этом говорить, это известно, это банально, это вечно. Мы не сошлись.
- Вы нам интересны для общения с руководством предприятий.- предложили мне.
- Я готов к такому общению, мне оно тоже интересно. Но эти встречи я буду вести не один, а попрошу мне помочь тех, кто может быть интересен аудитории своими практическими знаниями.
И я предложил вариант дуэта, который неоднократно  применяю как средство активизации слушателей – мы иногда вместе с Юрием Павловичем Адлером проводили занятия на пару. Прием неизменно хорошо принимается участниками обучения и действительно значительно обогащает учебный процесс.
Когда я высказывал свое предложение, я имел в виду своих коллег, зарубежных специалистов – наших соотечественников, менеджеров высочайшего уровня. Они были приглашены из Северной Америки российскими миллиардерами помочь решить проблемы качества в отечественном автомобилестроении. Они имеют блестящее многостороннее образование, профессиональную, ежегодно поддерживаемую аттестацию. Они имеют богатейший опыт запуска в производство автомобилей компании Форд и Крайслер в Канаде, Японии, Бразилии и других странах.
Мне казалось, что общение с такими людьми будет полезным и интересным   менеджменту российских компаний.
Однако мое предложение не нашло поддержки. Мы этих людей не знаем, сказали мне, пусть они приедут к нам, мы с ними пообщаемся, они пройдут нашу аттестацию, посидят на занятиях, поучатся, ознакомятся с нашими требованиями.
Я попытался отстоять свою позицию, приняв на себя всю полноту ответственности за качество занятий. Не приняли.
Я отказался от своей идеи, ибо понимал, что не могу заслуженных и авторитетных людей подвергнуть унижению. Мне объяснили, что такие требования исходят от немецкой ТЮФ Академии. Я много читал лекций за рубежом, в том числе в Германии, в том числе, в ТЮФ Академии, в самых различных аудиториях, но я не помню, чтобы меня заставляли приезжать для аттестации, сажали в аудиторию для демонстрации техники проведения занятий. Так что это были не требования немецкой стороны, а наше понимание немецких требований.
Итак, идея моего участия в учебном процессе ТЮФ Русь мною была отвергнута.
Заключительным аккордом  в моем отношении к зарубежным технологиям проведения семинаров стало понимание сертифицированных курсов. Мне нередко приходится слышать фразу от руководителей обучающих организаций о том, что их семинары сертифицированы. Это произносится с гордостью.
Ничего дурного  в сертифицированных курсах я не вижу, если изначально понимать их предназначение, уместность, соответствие ситуации.
Сертифицированные курсы обладают рядом достоинств. Они предполагают реализацию некоего неписаного стандарта, т.е. предполагают строгое соблюдение нормы, невыполнение которой рассматривается как недопустимое несоответствие. В этой связи сертифицированный курс предполагает тщательную проработку как содержания занятий, так и техники воплощения. Здесь должны быть отточены до мелочей идеи, акценты, догмы, интонации, иллюстрации, рекомендации и безусловные правила. Задачи такого курса дать тот дозированный объем знаний (надо сказать, достаточно примитивных), то понимание, ту практику, которая должна быть реализована работником в условиях массового повторения. С помощью сертифицированного курса добиваются минимизации влияния человеческого фактора на результат, что чрезвычайно важно для воспроизведения качества при массовом повторении операций.
Но надо также понимать, что в сертифицированных курсах нет места творчеству, нет места индивидуальности преподавателя и слушателя.
Западная цивилизация делает ставку на сертифицированные курсы как гарантию качества результата, и потому продвигают их в массовом порядке неуклонно. Но где продвигают? В Азии, Африке, Латинской Америке и в  … России. Да, да, в России, в том числе. Ибо Россия в представлении западных политиков и бизнесменов – это неисчерпаемый рынок для сбыта и рынок дешевой рабочей силы. И только. Как уникальную самостоятельную творческую среду они нас не воспринимают, точнее, не желают воспринимать.  Таким образом,  идея продвигается туда, где интеллект не актуален. А что касается творчества, то это не для Африки и России - творить мы будем у себя, на Западе. Для этого мы концентрируем у себя интеллектуальную элиту, в том числе, российскую.
Итак, выпускники сертифицированных курсов должны строго исполнять нормы. А иначе глобализация экономики будет испытывать торможение.
А теперь вдумайтесь во все это. Мы говорим о своих творческих способностях как о неоспоримом преимуществе. И при этом пропагандируем и распространяем технологии, убивающие творческую активность, т.е. убиваем то, что создавалось столетиями, что сегодня нас выделяет и приносит  признание. Конечно, это произойдет не сейчас и не сразу. Пройдут десятилетия, прежде чем мы увидим плоды своего безумия. Впрочем, боюсь, что мы тогда уже ничего не увидим, т.к. превратимся в страну роботов (может быть, даже неплохих), и видеть будет нам уже не дано. Как говорил Дерсу-Узала: глаза есть, видеть нету.
Перечень рекомендаций можно было бы продолжить, но я этого делать не буду, иначе у читателя сложится неправильное представление о проблеме квалификации кадров и путях ее решения. Дело заключается в том, и об этом я писал выше, что мы сегодня имеем дело с системной причиной. Она состоит в том, что сегодня нашей экономике не нужны квалифицированные кадры вообще и эксперты в частности. А раз не нужны, их и нет. Подчеркиваю, их нет не потому, что мы, россияне, бесталанные или ленивые, а потому, что объективно нет в них потребности. Квалификация нужна тогда, когда Вы озабочены конкурентоспособностью. Чтобы быть конкурентоспособным, надо быть эффективным. Чтобы быть эффективным, надо заниматься оптимизацией процессов, улучшением деятельности, т.е. тем, что сегодня красиво называется инновациями. Без специалистов высокой квалификации эту задачу не решить. Но кто у нас занимается эффективностью производства, кто занят разработкой эффективной продукции? Кому это нужно сегодня? Нефть и газ – вот и все инновации. Но нефть и газ можно успешно продавать, не задумываясь об эффективности – очередь жаждущих велика и надолго. Торговать перевозками и электроэнергией также можно, не озадачивая себя – все издержки окупятся манипуляциями тарифов. А другая экономика, в которой эффективность является условием выживания, у нас пока только в перспективе. Только состоится ли она?
И все вот о чем. Мы все считаем себя очень квалифицированными и воспринимаем  высказанное выше резюме   как несправедливый и оскорбительный упрек. Поэтому я не буду брать грех на свою душу, а процитирую Президента Российской Федерации. Вот что он сказал в послании Федеральному собранию 5 ноября 2008 года: «Сегодня положение дел в образовании оставляет желать лучшего. Надо прямо сказать: с передовых позиций мы уже откатились. И это становится самой серьезной угрозой нашей конкурентоспособности». Я не думаю, что Президент говорит о совершенствовании системы образования как самоцели, он обеспокоен состоянием кадров, их квалификацией, недостаточной для решения проблем развития России и превращения ее в конкурентоспособное государство. С тех пор прошло 5 лет, 5 долгих лет. Изменений мало. Что происходит в реальной жизни?
В Торонто российский посол выступает на конференции перед канадскими бизнесменами  и предлагает им инвестировать капитал в российскую экономику. Бизнесмены вняли и приезжают к нам понять наши потребности. Канадцы объезжают несколько регионов, встречаются с Администрациями, бизнесменами, общественно-политическими структурами, предлагая различные проекты вплоть до передислокации к нам  североамериканских промышленных предприятий вместе с контрактами  на поставки. Реакция нашего делового круга более чем странная. Региональное руководство на уровне министров открыто говорит, что им ничего не нужно, а бизнесмены не могут выдавить из себя ни слова. А если что и выдавливают, то лучше бы промолчали.
Один из предлагаемых проектов оказался интересным для меня, потому что он касался создания центра профессионального образования менеджеров для управления массовым производством. Дело в том, что мы умеем создать уникальный самолет, крейсер, ракету, но не умеем организовать в массовом продукте воспроизводимое качество.  Канадцы и наш Центр предложили интереснейший и очень результативный международный проект. Заложенная в  него идея вызвала  смятение в преподавательских кругах высшего образования, которые увидели перед собой реального и очень опасного конкурента МВА.
В поисках поддержки идеи канадцы передали  проект в ряд комиссий «Единой России» и Российский Союз промышленников и предпринимателей. Мнения «Единой России» мы не получили. Потом оказалось, что комиссий просто нет - они лишь заявлены на сайте партии. Что касается РСПП, то в поддержке он отказал нам. При этом выяснилось, что человек, принявший единоличное решение, проект даже не видел. Я вынужден был встретиться с ним и понять причину столь циничного отказа. Наш разговор велся  не с позиции, чем Вам помочь (это одна из важнейших задач Союза), а с позиции, как бы это помягче выразиться, ходят здесь всякие и мешаются под ногами. Когда я сказал, что создание системы профессионального образования является, по словам Президента, приоритетной задачей, мне ответили, что у нас в стране нет проблем с подготовкой профессиональных кадров – учебных центров хоть отбавляй, и все желающие уже давно переучились. По выразительному  лицу чиновника было видно, что он категорически не согласен с Президентом. «И вообще, у Вас есть личные контакты с Шохиным?» - вдруг спросил он.  Беседа шла к концу. «Нет? Тогда нечего сюда приходить!» И взгляд собеседника, как рентгеновские  лучи, устремился сквозь меня на выходную дверь.
Нет, пока нам не нужны квалифицированные кадры. Прошу понять меня правильно. Отдельные высококвалифицированные специалисты в отдельных областях деятельности нам конечно нужны. А в большинстве своем справятся и невежды.
Предвижу Ваше возмущение, дорогой читатель. Соглашаюсь – страшно. Но лучше сказать, чем промолчать.

Автор: Эдуард Гончаров
23.09.13

Поделиться:
Теперь подготовку экспертов по сертификации в системе ГОСТ Р нужно переориентировать на технические регламенту Таможенного Союза. Так уж сложилось, что теперь большинство групп продукции уже сертифицируется либо декларируется по ТР ТС. Возьмем к примеру продукты питания. Ранее необходимо было оформлять сертификат соответствия + был предусмотрен анализ производства. А теперь условия производства грубо говоря ни кого не волнуют. Изготовитель оформляет так называемую декларацию соответствия таможенного союза и спокойно реализует производимую продукцию. Причем этот документ можно оформить сразу на пять лет..
18.11.15